УКРАИНСКИХ ПРОИЗВОДИТЕЛЕЙ ПУШНИНЫ ВЫПИХИВАЮТ С МИРОВОГО РЫНКА РУКАМИ ЗООЗАЩИТНИКОВ: КТО ЗАКАЗЧИК

29 мая 2019
УКРАИНСКИХ ПРОИЗВОДИТЕЛЕЙ ПУШНИНЫ ВЫПИХИВАЮТ С МИРОВОГО РЫНКА РУКАМИ ЗООЗАЩИТНИКОВ: КТО ЗАКАЗЧИК

Под эмоциональными призывами защиты животных скрывается абсолютно рациональная технология, направленная на ослабление украинских компаний за деньги конкурентов.

Общественная организация «Единая планета», специализирующаяся на различных зоозащитных и веганских акциях, активизировала начатую еще осенью прошлого года кампанию «ХутроOFF», направленную на дискредитацию, а в итоге – и на полное уничтожение отечественного звероводства.

Отметим, что наша страна, имеющая, по данным Ассоциации звероводов Украины, сейчас 1% мирового рынка меха, обладает потенциалом роста до 10%, заняв, таким образом, третье место в мире. Благодаря благоприятной конъюнктуре себестоимость отечественной продукции значительно ниже европейской.

Особенности мехового бизнеса

«У нас себестоимость шкурки норки – $20-25, на зарубежных аукционах она идет уже по $28. А в Европе себестоимость сейчас составляет до $40. То есть отечественная продукция весьма конкурентоспособна», - рассказывает директор норковой фермы Pelscom Александр Климец.

Lenta.UA: Почему так резко активизировалось движение против украинских звероводов, чем это можно объяснить? Обострением любви к пушным животным?

– Если человека заботит судьба животных, то он должен страдать о несчастных бездомных собаках и кошках, а также – о свиньях и коровах, которых убивают ради мяса и шкур. А тут – исключительно пушные зверьки. Явный заказ.

Lenta.UA: Кто за этим может стоять, кому мы перешли дорогу, кому не выгодно развитие украинского звероводства, вполне перспективного сегмента украинского экспорта?

– Сложно сказать. Многим. Это может быть и Россия с ее традиционной «мягкой рухлядью», которая до нефти была одним из китов российского экспорта. Но я думаю, что больше на нас давит Европа, конечно. Причем, могут быть разные причины, а не только желание устранить потенциального конкурента.

Например, прошлой весной в Польше пошло мощное движение, направленное на закрытие звероферм. Выяснилось, что в парламенте была группа, лоббировавшая интересы построенных немцами трех заводов по утилизации органических отходов.

Lenta.UA: А при чем тут утильзаводы?

Александр Климец

– Норка – хищник. В условиях звероводческих хозяйств ее кормовая база на 80% – это отходы от переработки рыбы и птицефабрик, требующие утилизации. Естественно, что хозяйствам выгоднее продать отходы звероферме, чем самим платить за их утилизацию. У нас, к примеру, утилизация стоит 2,5-3 тыс грн за тонну. А мы наоборот покупаем отходы по 8 тыс грн/т (это дает птицефабрикам и производителям рыбной продукции огромный экономический эффект – снижение себестоимости на 20-30%). Мы же тушки сдаем заводам специализированного предприятия «Укрветсанзавод», который пускает их на мясокостную муку, самую ценную – там максимальное количество протеина. Вот кстати, почему крупнейшим в мире производителем шкурок норки стала Дания? Там традиционно много рыбной переработки, надо утилизировать внутренности, головы, плавники… Вот и появились звероводческие хозяйства. И всем хорошо. 100% шкурок идут на экспорт, страна из отходов делает валюту.


Lenta.UA: Украина тоже исключительно экспортирует? Есть ли потребность в шкурках на внутреннем рынке?

– Дело в том, что шкурки продаются через международные аукционы – KopenhagenFur (Дания), Sagafurs (Финляндия) и NAFA (Канада). Там они сортируются по размеру и цвету. То есть при пошиве шубы она будет полностью однотонной и меньше мороки при изготовлении. В Украине же аукционов нет. Кстати, в лотах уже не важно, откуда продукция – там могут быть шкурки из Украины, Дании, Польши, Китая.

Lenta.UA: Вы участвуете во всех аукционах?

– Нет, только в Дании. Так исторически сложилось.

Lenta.UA: Почему?

– Фирма основана в 2013 году, маточное поголовье, 26 тыс самок, плюс 5 тыс самцов, купили в Дании. Кстати, тогда самка стоила $170, сейчас - $70, самцы – в два раза дороже. К нам приезжали датские специалисты, обучали. Вот традиционно с ними и работаем. (Pelscom, кстати, это «Меховая компания», pels по-датски – мех). Начинали с поголовья 120 тыс, сейчас у нас 250 тыс животных. Селекцию уже проводим самостоятельно.

Lenta.UA: Сколько стоило войти в этот бизнес?

– Недешево. Брали кредиты, $7 млн иностранный кредит, и $11 млн – в Украине. Конечно, размер инвестиций очень большой, но ведь мы полностью ориентировались на экспорт и понимали, что кредиты вернем.

Lenta.UA: Насколько сложно международное законодательство в данной сфере?

– Существуют стандарты и требования гуманности. В январе этого года введена новая, обязательная европейская сертификация WelFur (мы и еще одна звероферма – «Викинг» – уже получили сертификат). Это самая передовая программа оценки благосостояния животных по 12-ти параметрам, основанных на научных исследованиях. Это параметры здоровья животных, их естественного поведения, жилищной системы, питания, положительных и отрицательных эмоций, взаимоотношений между людьми и животными, способов управления фермой и прочее.

Lenta.UA: Каковы требования гуманности? Как живут и умирают норки?

– В стандартной клетке, длина-ширина-высота – 90x30x45 см, содержится три животных (беременная самка и уже с детенышами – одна). В клетке есть автопоилка, полочки для отдыха, игрушки резиновые – как для собачек. Не очень представляю, как что происходит на скотобойнях и птицефабриках, но у нас забой (хотя я бы не называл этот процесс таким словом), происходит очень гуманно. Норки помещаются в так называемый kill-box, туда поступает специальный газ, без цвета и запаха, животные засыпают, через 19 секунд теряют сознание и через минуту происходит остановка дыхания, животное не чувствует при этом боли. Процесс происходит в октябре-ноябре, когда животное переходит на зимний, самый ценный мех. Норкам в это время около года.

Lenta.UA: Почему вы занимаетесь только норками? При СССР в украинских зверофермах выращивали еще лисицу, песца. Есть же, в конце концов нутрия, которая не только ценный мех...

– Экономически нецелесообразно. Да, шкурка лисы стоит до $100, но себестоимость такая, что дело себя не оправдывает. Нутрии, опять же, нужны бассейны, живая рыба. Я знаю, есть фермы, где выращивают шиншилл, но там до 1000 животных. Одним словом, можно твердо сказать, что сейчас звероводство Украины – это на 98% норки.

Любовь к животным за деньги

«В настоящее время в Украине зарегистрировано 37 звероводческих ферм, но реально из них работают десять. Это современные предприятия, построенные по европейским проектам и технологиям за последние 6 лет (остальные, которые строились еще во времена СССР, закрыты). Более 95% производства – это мех норки, при этом практически весь рынок занимают всего четыре большие фермы. Три из них находятся в Киевской области и еще одна – в Днепропетровской», - рассказывает спикер Ассоциации звероводства Украины Мария Зубарева.

Lenta.UA: Каков объем рынка отечественного звероводства?

– Порядка $70 млн ежегодно. (Только в 2018 году зверофермами уплачено около 30 млн грн налогов). Инвестиции в отрасль за шесть лет, после появления «Программы развития отрасли пушного звероводства в Украине на период до 2020 года», составили более $100 млн. Объемы производства растут из года в год. Так, в 2017 году – 630 тыс шкурок, в прошлом – 850 тыс, прогнозы на этот год – 1,1 млн. Если не мешать отрасли развиваться, то есть потенциал занять 10% мирового рынка в очень короткий срок.

Lenta.UA: Кто, по вашему мнению, стоит за спиной организаций, которые проталкивают законопроект № 10019 о запрете разведения, выращивания и содержания пушных зверей с целью производства меха?

– Вот два примера. Международная организация Open Philanthropy Project выделила $473 тыс организации «Открытые клетки» для медиа-поддержки зоозащитных движений в Украине и Польше. Animal Welfare Fund в прошлом году выделил $341 тыс организациям (среди которых и «Единая планета»), которые начали активно продвигать законопроект №10019. Под эмоциональными призывами защиты животных скрывается абсолютно рациональная технология, направленная на ослабление украинских производителей по заказу конкурентов.

Lenta.UA: Сторонники закрытия звероферм мотивируют это тем, что животные живут в ужасных условиях, что отходы жизнедеятельности и трупы животных закапываются в землю прямо рядом с фермой, и, таким образом, загрязняют землю, воду и воздух. А при обработке шкурок используются вредные токсичные химикаты, в частности, формальдегид.

Мария Зубарева

– Эти обвинения не выдерживают никакой критики. Все экономически активные украинские зверофермы прошли или еще проходят европейскую сертификацию WelFur, там очень жесткие требования по содержанию животных. Что касается обработки шкурок, то используются специальные машины, в которых соскабливается жир (он потом может идти на производство косметики), затем шкурка сушится два-три дня на растяжке в мощном потоке теплого воздуха. Вот и все. Стандартами международных аукционов запрещено использовать во время сушки шкурок какие-либо химические вещества и зверофермы на этот счет регулярно проверяются. Если бы такие вещества применялись, то украинские производители сразу же потеряли бы возможность продавать свою продукцию на мировом рынке.

Андрей Кузьмин, Lenta.UA